На протяжении ста лет семейственность была типичным явлением для персонала железной дороги. Это еще можно увидеть и сегодня, хотя реформы многое изменили, перекроили в жизни транспортной артерии. Один из ярких примеров — нязепетровская династия Куница — Суриных.
Nike Shop nzSneakers Store | adidas monogram shoe rack size chart 350 V2 SS21 Lineup Revealed - PochtaС Украины — на Урал
Анна Владимировна Сурина большую часть жизни трудилась дежурным по станции Нязепетровск. Как и ее отец В. А. Куница, и муж Анатолий Григорьевич. А дочь, Лариса Смелова, и сегодня дежурная по станции, только в Бердяуше. Получается, эта профессия для них что-то вроде «наследственной болезни», передаваемой из поколения в поколение. Почему? А. В. Сурина предполагает, что, возможно, причина в особенностях их характера: любят четкий порядок во всем, точность, аккуратность, дисциплинированность, умеют быть всегда собранными, ответственными за собственные и чужие действия. В общем, как раз то, что необходимо в работе дежурного по станции.
Родоначальником своей рабочей династии Сурины считают отца Анны Владимировны, Владимира Андреевича Куница. Судьба этого человека и трагичная, и счастливая. Родился он на Украине, в Кировоградской области. В семье было трое детей, он старший. Когда в начале 1930-х годов на Украине разразился голод, мать решилась на отчаянный поступок: посадила 10-летнего Володю на товарный поезд и отправила на Урал, где, по слухам, люди голодали не так, как они. А главное — в Нязепетровске жил ее брат с женой. И мальчик каким-то чудом добрался до Урала. Семья дяди приняла его и воспитывала как родного сына: своих детей у супругов не было. А вот младшие братишки и мама Володи не выжили, умерли.
Началась Великая Отечественная война, и только успевшего окончить девять классов Володю Куница забрали на фронт. Воевал, получил тяжелое ранение, полгода пролежал в госпитале, после чего его комиссовали. В. А. Куница был награжден боевыми орденами и медалями, причем орден Отечественной войны II степени ему вручили уже после войны.
После возвращения домой В. А. Куница поступил на железную дорогу. Сначала оператором в Нязепетровское отделение дороги (НОД-6), потом его перевели диспетчером воинских перевозок, дальше — поездным диспетчером. В 1955 году НОД-6 закрыли, и Владимир Андреевич перешел на должность дежурного по станции Нязепетровск. До 1974 года он трудился на этом ответственном посту, а потом по состоянию здоровья пришлось уйти на более спокойную работу — в отдел кадров. За трудовую деятельность он также отмечен правительственными наградами.
Дочь не подвела…
Супруга Владимира Андреевича, Мария Михайловна, не была железнодорожницей: в войну работала на заводе, а потом — в лесхозе. Но тоже была в курсе всех дел на станции, как и их дети — Анна и Александр. Александр Куница после школы поступил в высшее мореходное училище, окончил его, отслужил, живет в Санкт-Петербурге. А дочь Анна (которая сейчас Сурина) решила идти по стопам отца и в 1966 году поступила в железнодорожный техникум. После его окончания полгода поработала дежурным по станции Табуска, а потом на такую же должность ее перевели в Нязепетровск.
— Это оперативная работа, она держит в напряжении мозг каждую минуту, — рассказывает А. В. Сурина. — Ты координируешь работу сразу нескольких подразделений железнодорожного узла. Основная сложность состояла в том, что у нас «однопутка», поэтому все маневровые работы выполняются через главный ход. Надо было высчитать точно до минуты, когда закончить маневровые передвижения, чтобы не поставить поезд у входного сигнала.
Вся смена, которая длилась 12 часов, проходила «на языке», то есть в переговорах с участниками движения. Контакт поддерживаешь со всеми — локомотивщиками, путейцами, осмотрщиками и т. д. Домой приходишь — и уже говорить ни с кем не хочется. Станция — сложный механизм, во главе которого находится начальник, вся ответственность на нем. Работая заместителем начальника станции, я еще больше убедилась в том, насколько сложно и ответственно быть руководителем. Мне очень повезло, что я была замом у Надежды Викторовны Лаптевой, отличного руководителя, неординарного человека, интересной женщины. Она очень многому меня научила. Жаль, что умерла она очень рано.
Тот, кто работал на железнодорожном узле, но уже ушел из жизни, наши родители даже представить не могли, что может случиться и с нашим участком, и со всей дорогой в целом. А нам тяжело это видеть, переживать.
…и внучка тоже
Супруг Анны Владимировны, Анатолий Григорьевич, тоже из семьи железнодорожников. Его отец, Григорий Трофимович Сурин, работал составителем поездов, потом в отделе кадров, нормировщиком в депо и по совместительству — художником. Мама, Мария Георгиевна, трудилась в железнодорожной больнице, в детском саду. Сурины вырастили двоих сыновей и дочь.
Старший брат Анатолия Григорьевича, Виктор Михайлович Андреев (сын мамы от первого брака), начинал трудовую деятельность кочегаром паровоза, затем перешел слесарем в цех подъемки. Работа была физически тяжелая, Виктор, видимо, надсадился, и это стало одной из причин раннего ухода из жизни.
Анатолий Григорьевич, как и брат, сначала поступал в депо кочегаром паровоза. Потом отслужил в армии, вернулся в депо. В 1974 году по состоянию здоровья перешел на станцию составителем, а потом — дежурным по станции. Перенес инфаркт, в 1994 году вынужден был уволиться с железной дороги.
Анна Владимировна и Анатолий Григорьевич вырастили двоих сыновей и дочь. Сыновья железнодорожниками не стали: Дмитрий работает системным администратором на краностроительном заводе, Владимир оканчивает аспирантуру по специальности «Компьютерная безопасность». А вот дочка Суриных, Лариса Смелова, продолжила семейное дело. Она — дежурный по станции Бердяуш. Работа ей нравится, ни на какой другой она себя не видит.
Все вернется, обязательно вернется
— Раньше мы без проблем ездили к дочери, они с семьей к нам на нашем пассажирском поезде «Златоуст — Михайловский завод». С его отменой начались проблемы, — делится Анна Владимировна. — Теперь сначала едем на автобусе до Златоуста, потом пересаживаемся на другой автобус и добираемся до Сатки, и только потом — в Бердяуш. И таких пассажиров-мучеников, как мы, много. Принято считать, что реформирование железной дороги свалилось на нас как снег на голову в конце 90-х — начале 2000-х годов. В действительности все началось гораздо раньше, в середине 80-х, когда на железной дороге повсеместно стали внедрять «белорусский метод». Он предусматривал сокращение всего и вся. Еще тогда стали говорить о том, чем это может обернуться: закрытием станций, отменой поездов, массовым высвобождением кадров и т. д. Мы тогда все это плохо представляли и думали, что железная дорога — это незыблемо, это же государство в государстве, а наш участок играет такую важную роль! Оказалось, все можно сократить, что-то закрыть. Но мы, железнодорожники, не перестаем верить, что наш участок Южно-Уральской железной дороги возродится, снова помчатся по нему и пассажирские, и товарные составы. И наш родной «мулек», пассажирский поезд, тоже вернется. С наступающим юбилеем, железнодорожники!
Татьяна СНЕГИРЕВА
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ ПО ЭТОЙ ТЕМЕ:
Нязепетровцев приглашают на празднование 100-летия железнодорожной ветки
В Нязепетровске ветераны железнодорожного узла проделали огромную работу
В Нязепетровске готовятся к юбилею железнодорожной ветки
Всю трудовую жизнь М. И. Котов отдал железнодорожному узлу
Потомственные железнодорожники Нязепетровска верят в перемены к лучшему









