Нязепетровец Сергей Мозгляков не относится к археологии в силу профессии, но археологом-любителем его можно назвать в полной мере. В домашнем музее Сергея Мозглякова хранится бесчисленное множество вещей, отражающих быт и военную историю нашего края 19-20 веков. Добрую часть своих экспонатов он в буквальном смысле откопал в лесу за Нязепетровском, где почти сто лет назад жители обороняли город от белочехов. Только поначалу эти артефакты выглядели как ржавые обломки железа, и лишь в руках мастера стали уникальными свидетелями безвозвратно ушедших времен.
«Когда бы вы знали, из какого сора…»
Люди, коллекционирующие предметы старины, были и будут всегда. Обычно они скупают вещи с целью последующей перепродажи. Сергей Мозгляков ничего не скупает и не продает. Источник его уникальной коллекции — сама жизнь: заброшенные дома и родная нязепетровская земля, хранящая тайны прошлого.
Детский интерес Сергея Мозглякова к коллекционированию однажды пересекся с его уже взрослым, осознанным увлечением военной историей. А точкой объединения и стала любительская археология. И вот уже более трех лет почти каждое утро Сергей вооружается лопатой и металлоискателем и отправляется в лес на окраине Нязепетровска. Он не ищет кладов, его цель — артефакты времен гражданской войны. Не меньше радует его и так называемый «бытовой хлам», извлеченный на свет божий из пыльных сараев и чердаков старых домов. Это его богатство, которое для него ценнее любого клада.
Всем этим ржавым железкам, обломкам и осколкам Сергей возвращает вторую жизнь, собственноручно их реставрируя. И, о чудо: возрожденная из праха, некогда ничем не примечательная вещь вдруг обретает особый смысл, начинает «говорить», ведя свой молчаливый рассказ о прошлом. В умелых руках Сергея Мозглякова рухлядь и старье становятся символами времени, свидетелями жизненного пути человека — нашего земляка.
Про таких, как Мозгляков, иногда говорят: человек, увлеченный на всю голову. И даже удивительно, насколько иногда в своем увлечении человек может найти реализацию своих талантов и невостребованных в обычной жизни задатков! Сергей одновременно и любитель-археолог, и собиратель-коллекционер, и реставратор. Он и художник, который может при необходимости дописать недостающие части картины так, что не заметить разницы. Он и заправский прирожденный музейщик, умеющий и создать грамотную и эстетически выдержанную экспозицию, и провести увлекательную, полную исторических подробностей, экскурсию по своей выставке.
Факт говорит за себя: буквально из «мусора», добытого из-под земли, ему удалось создать уникальный домашний музей, который по разнообразию экспонатов может конкурировать с любой официальной экспозицией.
Дом-музей
Собранная С. Мозгляковым коллекция разместилась прямо в его частном доме, где предметы старины встречают гостей сразу при входе во двор. Двигаясь вдоль внутренней стены крытого двора, можно долго разглядывать всевозможные кованые, чугунные и прочие изделия сельского быта: дверные петли и ручки, скобы, совки, пилы, ухваты и другие замысловатые приспособления, давно не используемые в нашем быту. В конце двора еще одна экспозиция — нечто вроде сельской избы со всей необходимой утварью, где есть и глиняные горшки, и чугунные утюги всех мастей, и традиционный ковер с оленями, и деревянные корытца со стиральными досками.
Основная же и наиболее интересная часть коллекции разместилась прямо в доме семьи Мозгляковых и занимает сразу две комнаты. В одной из них вся мебель полностью историческая, отреставрированная хозяином до состояния блеска, а о современности напоминает лишь небольшой диван да телевизор, скромно стоящий на полу, — ему среди исторического великолепия более нигде не нашлось места.
Судя по разнообразию и количеству экспонатов, кажется, что, в домашней коллекции Сергея Мозглякова есть вообще всё, что на протяжении последнего столетия использовалось в быту или на фронте.
Встречает гостей красавец-комод с надставкой под посуду, который, как объясняет Сергей, правильно назывался «поставец», а в народе — «горка». Некогда облупившийся от краски, сейчас это черно-золотой шедевр, разрисованный птичками на апельсиновых деревьях — такой узор Сергей скопировал с фотографии старинной мебели в интернете. Внутри — всё, как полагается: в одном выдвижном ящике лежит «Календарь колхозника» 1928 года, в другом — шерстяные платки, переложенные пачками нюхательного табака. Верхняя часть уставлена посудой, среди которой есть и графин с домашней наливкой. Ее хозяин дома радушно предлагает всем гостям откушать из крошечной рюмочки, называемой в старое время «муха» (а вы слышали о таких?). Стеклянных бутылочек всех мастей, пузыречков всех форм, а также прочих баночек-скляночек и флакончиков из-под духов (и с духами) у Сергея еще два полных шкафа.
Среди всевозможных фигурок, статуэток, лампадок, керосиновых ламп и прочих вещичек особую атмосферу коллекции задают часы. Их тоже много самых разных, начиная от дамских наручных и заканчивая большими настенными, которые каждый час современности отсчитывают зычным историческим боем. Есть и мужские карманные часы с цепочкой зарубежного производства конца 19 века — однажды Сергей нашел целый саквояж, битком набитый такими часами.
«Видимо, трофейные», — решил он.
Есть у него и иконы с полустертыми ликами, и литографии, и разные шкатулочки-коробочки, и даже настоящая подвесная детская люлька со старинным пупсом… Есть и что почитать: в специальных альбомах хранятся чьи-то фотографии и письма, старые билеты в кино, упаковки от конфет, шоколада и разных сортов махорок, есть свидетельство об окончании школы, рекламные открытки 20-х годов, дореволюционное гадание и даже заявление жены на своего мужа в прокуратуру. То есть жизнь, какой она когда-то была…
Эти выставочные комнаты — царство хозяина дома: здесь Сергей сам поддерживает порядок и здесь же отдыхает душой. Пространство для семейного внемузейного быта, к счастью, у Мозгляковых тоже имеется, поэтому жена Сергея Оксана против домашнего музея не возражает и, более того, всячески поддерживает мужа, нередко сопровождая его на раскопки. Теперь для нее это уже не только возможность прогуляться по лесу, а часть жизни.
Земля хранит память
А началось увлечение Сергея три года назад с интереса к истории гражданской войны, на которой погиб его прапрадед. В 1918 году Урал стал эпицентром восстания белочехов. Они двигались эшелонами на восток страны, захватывая по пути все станции. По Западно-Уральской железнодорожной ветке белочехи выдвинулись на Екатеринбург. Из числа жителей Нязепетровска было срочно организовано народное ополчение. Около железнодорожного разъезда за поселком Ураимские Томилки они строили окопы, чтобы не подпустить белочехов к станции Нязепетровской.
Там Сергей и начал однажды копать, вдохновившись роликами из интернета.
«Когда нашел свою первую серьезную находку времен гражданской войны — штык, — то весь день прыгал от счастья!» — вспоминает он.
И захватил Сергея азарт искателя! Почти каждый день возвращался с «уловом», ведь оказалось, что даже спустя сто лет лес надежно хранит следы и доказательства далеких битв. По весне, когда травы еще нет, в земле заметны углубления — бывшие стрелковые ячейки, а также следы блиндажей и окопов. Сообразив, что они должны вести в сторону города, Сергей стал находить все новые и новые следы былых сражений. Однажды таким образом удалось обнаружить сразу шесть остатков блиндажей в ряд, затем — 50 пачек приготовленных, но нетронутых патронов…
Жена Сергея Оксана за эти годы также научилась делать выводы:
— Я заметила, что возле стрелковой ячейки обычно растет какое-то плодоносящее дерево вроде рябины или черемухи. Сначала мы недоумевали: откуда в глухом лесу рябина? А потом догадались: раз ополченцы — это обычные нязепетровцы, наверняка они могли заранее в городе набирать в карманы такой «перекус» в виде ягод, либо к ним прибегали проведать дети и жены, — говорит Оксана Геннадьевна.
И сразу, как в кино, в воображении возникает картина: томящиеся в ожидании вражеского эшелона мужики в холщовых рубахах и лаптях поругивают белочехов, сплевывая черемуховые косточки.
«Именно такими и были нязепетровские защитники города — в лаптях, вооруженные ножами, топорами да вилами», — подтверждает Сергей Мозгляков. Поэтому все элементы оружия и обмундирования в его коллекции — белогвардейские.
— А это сейчас уже не важно! И белые, и красные — это всё наша общая история, — считает Сергей.
Судьба человека
Главная гордость Сергея — это экспонаты на тему военной истории, а слушая его сопроводительный рассказ, можно узнать множество нюансов военного быта. Даже пуговицы с военного мундира могут много рассказать — а у него есть экземпляры еще с Первой мировой, прусские. Или вот: больничный бюллетень солдата 1914 года с потемневшими следами крови. Из него можно узнать, что боец получил ранение в бедро, лежал в госпитале. Вместе с этим документом в жестяной коробке из-под чая были обнаружены самодельные рисованные карты, бережно завернутые в ткань.
— И сразу возникают мысли: кто он, тот раненый солдат, как сложилась его судьба? Именно поэтому мне больше всего нравится находить личные вещи бойцов. Главное желание, которое мной движет, — не просто найти вещь, а донести людям ее историю, за которой всегда стоит судьба человека. Поэтому я веду свою страничку в интернете, где делюсь своими находками, — рассказывает Сергей.
Стена, посвященная военной истории, в его музее — это множество мельчайших предметов: гильзы и патроны, части разорвавшихся снарядов и их начинка, солдатские ложки, пряжки, штыки и всевозможные наконечники, ножи и рукоятки. Некоторые собраны в композиции, например, принадлежавшие одному солдату, бережно наклеены в рамку. Есть и символические — такие, как пуля, застрявшая в куске пня, — чья-то сохраненная жизнь.
Особая ценность военной экспозиции — в соблюдении исторической точности. Несколько месяцев Сергей кропотливо воссоздавал мундир Корниловского ударного полка и форму Красной Армии образца 1935 года со всеми полагающимися нашивками и знаками отличий. Есть у него даже и нацистский кожаный плащ с черной фуражкой — в одном из домов этот трофей Великой Отечественной войны служил подстилкой для собаки, а теперь впечатляет своим ужасающим реализмом.
Есть у Сергея и несколько покупных вещей, но исключительно для полноты образа и создания атмосферы. Например, буденовка с красной звездой — главный символ гражданской войны. Но и она настоящая, хоть и пролежавшая почти век на складе в числе запасного обмундирования. Только к таким вещам Сергей относится без внутреннего пиетета, потому что для него важно, чтобы вещь хранила энергетику своего хозяина — человека, некогда живущего на нашей, нязепетровской земле.
Живая коллекция
Сергей Мозгляков принадлежит к тем людям, кто обладает редким даром — возвращать жизнь «убитым», по его выражению, вещам. А это значит — перезапускать время, остановившееся на чердаках заброшенных домов, воскрешать закопанную в землю жизнь. Но такие, как он, нередко слывут старьевщиками и «чудаковатыми копателями»…
Однако стоит только попасть к Мозгляковым, как становится понятно: всё многообразие предметов, «выкопанных» чудаком Сергеем из запасников времени, складывается в некое общее полотно, дышащее щемящей, до боли родной историей. И это дыхание живее, чем любая официально-музейная экспозиция, ведь его коллекция вписана в жизнь своего создателя, связывая прошлое с настоящим. А если вы хотите лично в этом убедиться, гостям в этом доме всегда рады. Связаться с Сергеем Мозгляковым можно через его личную страницу в социальной сети «ВКонтакте».
Елена СЕВЕРИНА
